горячий обед

Vadim Yarmolinets Из книги "Прямое родство" Белла ВЕРНИКОВА *** Как человека, мы способны любить свой город или не любить. Чему дано в одно соединить людей живущих и когда-то живших, архитектуру, говор, склад ума, вечерний запах моря на остывших от зноя улицах, где мы живем, как на ветру, во времени своем. Чему? Наверно, чувству твоему спокойствия в известняковых стенах, автоматизму в повседневных сценах общенья с говорливыми людьми, привязанности к лицам и пространству, организованному на века. Жизнь безутешна тем, что коротка, но здесь идет и клонит к постоянству. ***  Вадиму Ярмолинцу Когда садятся в летний день за стол, и женщины выносят в сад салаты, картошку, водку, свежий разносол, мужчины наливают, и пошел обед в беседе незамысловатой, я подставляю рюмку и беру свой хлеб и что положено в придачу – я с ними не монахиня в миру и не зверек, забившийся в нору, а друг, к друзьям приехавший на дачу. Я выросла и не таю обид на то, что не умею, как другие, весомо жить. Мне просто делать вид, что я живу, как следует. Мой щит – веселый нрав и помыслы благие. Пока никто не умер из родных, а если заболел, то простудился, легко мне череду забот дневных прервать, витая в облаках иных, чем те, откуда дождь на сад пролился.   ИЗ ПИСЬМА В тот миг посильного участья в его лирических картинах сочла б за счастье Ваше «здрасте» лукавое, Лев Константиныч! Я повела бы Вас в Отраду, меня ведь тоже гонит ветер на улицы. Свернем направо, здесь жил когда-то некто Скведеръ Ф.Я. – поляк, еврей иль немец, он трехэтажный дом отгрохал с причудами. А дальше, в сквере, стоит одесское барокко, окрашенное лишь с фасада, по стенам лозы винограда... я Вам бы заварила чаю, и то, что в памяти сокрыто, возникло бы в моем молчанье, как звук, когда строка забыта. *** Не выйти в мир первопричинный, не жить в четвертом измеренье. На Пушкинской галдеж грачиный, домов столетнее смиренье, чередованье светлых пятен и тени от листов платана… В пласты обыденных понятий я вглядываться не устану. Всего полдела их разметить, отождествить, с веками, с нами... то, что не названо, суметь бы назвать своими именами. ТАНГО НА ТРОЛЛЕЙБУСНОЙ ОСТАНОВКЕ Целуются, и рук не расплести. Из ночи выйти в день они должны. Пока не сказано «прости», не потеряй, не упусти... как волосы душисты и нежны. Мы тоже выходили поутру, обласканы свечением ночным. Родная, слов не подберу, тебя я помню на ветру, стелились волосы твои, как дым. Целуются, не зная, что их ждет. Тебя и наше утро не вернуть. Троллейбус первый подойдет, обыденная жизнь пойдет, не ведаю, куда нам ляжет путь. Целуются, и рук не расплести. Из ночи выйти в день они должны. Пока не сказано «прости», не потеряй, не упусти... как волосы душисты и нежны. НА ВЫСТАВКЕ ХУДОЖНИКА СИНИЦКОГО  Олегу Губарю Нам свойственно в служебном помещенье хранить благонамеренность лица. Не так уж и страшимся подлеца доносчика и сплетника, а все же предпочитаем о себе молчать и говорим о модах, о футболе, о рок-ансамблях с теми, кто моложе. Душа заиндевеет и не сможет в себя вглядеться, чтоб других понять и различить, кто в здравии, кто болен. Я встала у окна, закончив до обеда все срочные служебные дела. На улице шел снег, и тихая беседа, как свежий воздух, в комнату вплыла. О жизни разговор простой и горький меж нас мосток доверия воздвиг, на пробужденье заиграл нам зорьку исповедальный русский наш язык, обеденный подкрался перерыв, заснеженные двери отворив. Хотелось праздника, и белизна округи, деревья пышные, пушистые кусты, следов цепочки, снегопад без вьюги слагали фон протяжной чистоты, на нем цветет живое впечатленье, и мы пошли с приятелем в музей. Негромкий южнорусский корифей встречал, еще работая пейзажи, свой девяностолетний юбилей, но до открытья выставки не дожил. От раннего этюда – домик белый в районе Мельниц, зарисован в год пятнадцатый – до близких к нам работ (мы помним этот берег порыжелый и дикий пляж у кромки теплых вод) в двух залах жизнь художника идет, в пристрастиях и красках постоянна, как будто ей известно наперед, что хрупкую подробность мест желанных холст сохранит, а время заметет. Мы выбрали на память по картине, мой спутник взял Большефонтанский мыс, я – натюрморт, накрытый к чаепитью, и сумерки в окне. Мы обнялись с художником по-братски, будто сами отчалили туда, где с небесами сливаются моря, – за край земли уходят те, что напряженно шли. Последний инок южнорусской школы, как пламенеет облако вдали! *** Слепнущий электрик из «Товарищества слепых» из пластилина не лепит и никогда не лепил, книг не читает, не ходит в оперу и балет и ищет себе не хобби, а девушку своих лет. Расскажет нехитрую повесть – в деревне родители, дом, у городских есть совесть, а дома зовут дураком, живет в общежитьи, в столовой ест горячий обед, но не с кем сказать слова, а главное – девушки нет. Взял бы с дитем малым, только бы зрячей была, горе его понимала и за него пошла. Что мне ему ответить по совести городской? Что, по сравнению с этим, мой неуют, непокой? Разве что выпить пива с ним на углу у ларька, и пожелать – счастливо, и улыбнуться – пока... *** Пенится легкое зябкое море, полон рыбацкими лодками штиль, море немое, ноги омой мне, прощай и прости. Все еще длится приморское лето, душу втянувшее в дрему и лень, осень согрета, предлистопадовый празднует день. Щедро, как встарь, плодоносит природа, овощи стоят гроши, спелый сентябрь помогает при родах доброй души. *** Старые названья старых улиц помню я, как выраженья лиц бабушки и деда. На заросшем кладбище приткнулись их могилы. Затяжное лето, как горчичник, выгревает стены на Канатной, Малой Арнаутской, Греческой, Еврейской, Ришельевской, на Преображенской, Тираспольской, на Гаванной, в Городском саду. Сына я по городу веду. Душно, и роднят не только гены с бабушкой и дедом – вдавленным в асфальт горячим следом связаны, вопросом и ответом, как по-старому зовется эта Гарибальди в выхлопном чаду. *** Порционные прогулки в санаторном переулке, моложавые матроны, брюки, кольца, парики. Санаторного романа санитарная нирвана, освежающие ванны и чужие мужики. Ну а той, что не досталось кавалера, что осталось? Только море штилевое да рассеянность небес, да сплетение акаций, да сидеть и любоваться, и вдохнуть соленый воздух, и подумать о себе. Тяга к сопереживанью, соучастью, состязанью, лишь бы выткалась в общеньи событийная канва. Медленное любованье, легкой гладью вышиванье, отстраненное страданье, стихотворные слова. *** Популярность и доступность спорта мне без Итона позволят шорты натянуть и на разрыв аорты, как сказал поэт, играть на кортах, где играют генерал в отставке, кандидат наук и на полставки массажист, ответственный работник, бывший мореплаватель и плотник доморощенный один философ, мой приятель. Множество вопросов мы с ним простодушно разрешаем, ни о чем неистово не споря. С кортов, расположенных у моря, к берегу спускаемся в согласьи, полной грудью вдыхаем счастье под прибой вести свою беседу поздней осенью, когда ненастье в средней полосе заносит снегом земли, не лежащие над брегом, Если б я могла о свойствах страсти, как сказал поэт, хотя отчасти. *** Июньским утром, солнечным и ясным, Умытым дочиста ночным дождем, оставившим на вмятинах асфальта играющие в бликах солнца лужи и разделившим тусклую листву переплетенных в синеве акаций на частые округлые листочки, иду, прижав обеими руками к груди большую банку молока, и пробую найти свое лицо в дрожащей от шагов белесой глади. Хлебнув немного молока из банки, и ощутив губами и нутром литой и сладкий холодок глотка, я точно так же телом ощутила, что я иду июньским ранним утром, умытым дочиста ночным дождем, оставившим на вмятинах асфальта играющие в бликах солнца лужи и разделившим тусклую листву переплетенных в синеве акаций на частые округлые листочки. Одесса, 1991 г. Одесса 1986 год Одесская школа Нью-Йорк Книги и публикации Критика На главную Почта Copyright © Vadim Yarmolinets разделы тестоокруглитель ленточный банковский сейфовые ячейка информационный валаам купить отвед операторский центр велюкс стальной топкий spartherm эфирный антенна locus холодильный камера gislaved отзыв de luxe 5040.11 инерта краска touch screen газонокосилка elmos ароматный мир kiev apartments service ивановец рукавичка доставка циклон батарейный перевод денег зеркало багуа рассылка пленка пэ флаг заказ флаг заказ флаг заказ медикаметозное безоперационное прерывание беременность li-da кс-4361 скачать длинный нард mobil cut головка винторезный ваза 2113 купить элеваторный узел помещение шиномонтаж проведение лотерея холодный штамповка три цвета: синий поставка тройник заказать флаг фосфорицирующая краска фосфорицирующая краска hi-fi авиа отправка уничтожение данный кулер процессор бейсболки заказ зал аэробика кпк опт грунт стяжка 5440.16 (крышка) фосфорецирующая краска электросчетчик сэт конвейер шнековый вытяжка крона билет балет сушильный машина frigidaire помыть потолок сбор д/полоскания горло зубной боль дружкова кружка асбест хризотиловый антиобледенительные система конкурентный анализ педагогика психология зеркало вагинальный вкус цвет акриловый вкладыш доставка хим. реагент стимулирующий лотерея покраска аэротенк vps vds штамповка тонирование окон циклон батарейный кулер тихий штангенциркуль масло облепих.концентрат доставка ноутбук калибровка цвет электрокамин dimplex model silver (sp4) пбоюл vps vds ваза 2115 морозильный ларь горячий обед